ЛИТЕРАТУРА ОБ ЭПОВЫХ

Другие работы

ОТКУДА ПОШЛА ЗАБАЙКАЛЬСКАЯ ФАМИЛИЯ?

Необычайно интересна история появления некоторых забайкальских родовых фамилий. Она нередко хранит в зашифрованном виде сопричастность наших далеких предков к жившим в их времена историческим деятелям. Стоит чуть задуматься, поискать и поспрашивать старейших хранителей истории своего рода, и. возможно, тайна происхождения вашей фамилии откроется. Как это важно для наших потомков. И право, это не только наш долг, но и очень увлекательное занятие.

Много интересного удалось обнаружить мне при изучении старых православных издании Восточной Сибири. Оказывается, часть современных забайкальских фамилий была получена первыми их носителями от своих крестных отцов при "восприемничестве от купели" (при крещении). Немало уже написано о ссылке в Селенгинск прадеда А.С Пушкина - Абрама Петровича Ганнибала. Но следов о селенгинском его изгнании осталось очень и очень мало. Поэтому обнаружить его крестников - дело по-настоящему редкое. Вот что сообщалось в 1864 году в <Прибавлениях к "Иркутским Епархиальным ведомостям" (далее - Прибавл. к И.Е.В.): "Некто караванный служивой человек Михайло Петров Арапов, вероятно, сын по восприемничеству от купели того арапа Абрама Петрова, о котором упоминает в своей летописи покойный П.И. Пежемский, в январе 1732 года, приехав из Селенгинска в Иркутск, засватал невесту у иркутского служивого человека Ивана Ивановича Опрелкова, дочь его Марфу, и был обручён с нею по чину церкви Троицким священником Иванам Карамзиным".

Надобно здесь заметить, что духовный сын "Арапа Петра Великого" (прибывшего в Селенгинск в 1727 году), происходил, возможно, из селенгинских бурят, чем и объясняется столь позднее крещение жениха.

Причастностью своих далеких предков к общению с еще одним выдающимся российским и забайкальским деятелем прошлого могут гордиться и современные Бухольцевы. Ведь крестным отцом первых (местных!) носителей этой фамилии был Иван Дмитриевич Бухольц - крупный русский военноначальник времен Петра I, основатель города Омска, помощник и главный продолжатель дел Саввы Рагузинского на русско-китайской границе, полковник, а затем бригадир и с 1731 года по 1740 год - селенгинский комендант. Кстати, И.Д. Бухольц содействовал, как и С. Рагузинский, возвращению прадеда. А. Пушкина из селенгинской ссылки в Центральную Россию, Думается, что долгий период жизни в Забайкалье у Ивана Дмитриевича крестников было несколько. Не связанные родством кровным, они, тем не менее, были породнены духовно. Вот такой интересный факт из истории забайкальской фамилии Бухольцевых разыскал я в "Древних церковных грамотах Восточно-Сибирского края" (Казань, 1875 год).

"По клировой ведомости 1733 года в числе братии Троицого Селенгинского монастыря значатся монах: ... Серафим Бухольцов, "новокрещён индиец", 54 л., крестник известного в Иркутске бригадира Ивана Дмитриевича Бухольца. Этот индиец поступил в монастырь в 1732-м году с разрешения селенгинской военной канцелярии. Проживая несколько времени в обители, он усмотрел чин монастырского жития благочиния и пост, и ревнуя поревновал всем сердцем причтену быть в том же монашеском чине до кончины живота своего. На подлинном его о том прошении можно видеть и подпись о. Серафима (в миру Стефана Испытанова), писанную по-индийски; в монастыре он обучен был русской грамоте (стр. XIX)".

Думаю, что в этом, особом, случае вновь обретённая селенгинским монахом, индийцем по происхождению, фамилия Бухольцов на нём и закончилась. Но другие следы "восприемнической от купели" деятельности селенгинского коменданта всё же прослеживаются. В "Иркутских Епархиальных Ведомостях" № 42 за 1866 год в "Отчёте попечительства Селенгинской Соборной Спасской церкви за 1865-й год" значится "церковный староста крестьянин Галактион Бухольцев". Не сомневаюсь, что дожила эта фамилия вместе с её носителями - потомкам Галактиона и до наших дней.

Те же, кто носит сегодня фамилии Неруновых, Ниловых, почти наверняка могут считать, что "восприемниками от купели", то есть духовными отцами их далёких предков были высшие иркутские священнослужители - епископ Иннокентий Нерунович и архиепископ Нил. Например, именно так получили фамилию Неруновых в 1734 году при крещении учитель монгольской школы при Иркутском Вознесенском монастыре лама Лапсан и его жена, а также выходец из Монголии, поселившийся на реке Джида, зайсан Хатыгинов рода Цецен Цокшиев (Прибавл. к И.Е.В., 1870 г., № 37).

Некоторые забайкальские фамилии, дожившие и до наших дней, когда-то пошли от отчества одного из далёких предков. Я уже рассказывал о селенгинских Хлуденёвых-Фирсовых, которые после Фирса Хлуденёва и Василия Фирсовича Хлуденёва стали только Фирсовыми.

Известная забайкальская фамилия Эповых началась с прибытия в Иркутск в 1720 году мещанина города Яранска Вятской губернии Василия Эпова и переселения его вскоре за Байкал в Нерчинский край (Прибавл. к И.Е.В. за 1884 год № 45).

Своеобразный подарок хочу сделать ныне здравствующим представителям рода баргузинских Кузнецовых. Мне удалось разыскать рассказ "верхнеангарского осёдлого инородца Гурия Ефимовича Карагаева", в котором содержатся сведения сразу о нескольких, начиная с конца 18 века, коленах мужчин из рода баргузинских Кузнецовых, посвятивших себя служению православной церкви.

Начинается это повествование с трагического события в верхнеангарской тайге, датируемого 1772 годом. Здесь, по наущению тогдашнего начальника баргузинского края, был убит возвращавшийся домой в Баргузин священник Василий Кузнецов. В примечании рассказчик сообщит следующее: "У отца Василия Кузнецова был сын Александр священником и помер в преклонных годах. Я его не знал и не видал. Александровы дети: Иоанн. Симеон и Пётр. Пётр был священником, но по каким-то причинам лишён священства, помер простым. Иоанн помер пономарём. У Иоанна был сын Александр, помер пономарём. У Симеона сын Дмитрий помер дьячком. У Петра сыновья: Андрей и Степан. Оба померли дьячками. Этих всех я знал и видал. Андреевы дети остались потомками, но их я не знаю, кто они и где находятся. Вышеупомянутое поколение духовных лиц все служили в Баргузине". (Прибавл. к И.Е.В., 1882 г., № 43).

Мне остаётся только добавит к этому, что упомянутые священники Пётр Кузнецов и пономарь Александр Кузнецов фигурируют в известном бракоразводном деле М.К. Кюхельбекера, чуть было не разлучившего декабриста с его баргузинской женой Анной Токаревой.

Так что наши фамилии - наша история. Не лениться бы только заглядывать не ее страницы.

Эдуард Викторович Дёмин, краевед.
Газета "Бурятия", рубрика "Истоки"

Другие работы